Мурат Темирханов, Halyk Finance: «Если нефть продолжит стоить $60, нам станет хуже уже в 2027 году»

В 2026 году рост экономики будет меньшим, а государство вряд ли сможет увеличить благосостояние населения

В 2025 году экономика Казахстана показала значительно ускорение после запуска проекта будущего расширения на Тенгизе и вливания больших средств из Национального фонда. Однако в 2026 году темпы роста экономики заметно ослабнут.

«Власть» поговорила с советником председателя правления Halyk Finance Муратом Темирхановым о том, почему вклад от добычи нефти в ВВП уже не будет таким большим, как налоговая реформа и вложение триллионов тенге в холдинг «Байтерек» повлияют на деловую активность и инфляцию, а также почему в ближайший год государству не удастся ощутимо повысить благосостояние граждан.

Чтобы очертить общую картину, не могли бы вы рассказать какие проблемы мы перенесем в 2026 год из прошлых лет и конкретно 2025 года? И могут ли появиться какие-то новые?

В 2025 году мы видим рост ВВП на уровне 6%. Он, на мой взгляд, произошел по двум причинам.

Первая причина — рост добычи нефти, прежде всего за счет проекта расширения Тенгиза. Сейчас в денежном выражении нефтяной сектор показывает больше 13% роста — это очень большой показатель, у нас такого не было с начала 2000-х годов. А до этого рост добычи был почти нулевым, иногда он уходил даже в отрицательную зону. Помимо того, что нефтедобыча сама делает большой вклад в ВВП, есть ещё оптовая торговля нефтью и нефтепродуктами, услуги грузового и трубопроводного транспорта, а также целый ряд смежных отраслей. Нефтедобыча — большой драйвер для экономики, если бы его не было, роста в 6% мы бы не увидели.

Вторым драйвером стало использование 5,25 трлн тенге из Нацфонда. Это большой объём. А к концу года, когда трансферты уже сократились, потому что их ускоренно использовали в начале года, правительство стало заимствовать деньги за рубежом — порядка $1,5 млрд. Средства выделялись и через квазифискальные каналы по линии Банка развития Казахстана, а также холдингов «Байтерек» и «Самрук». Все эти ресурсы направлялись в основном на инфраструктурные проекты.

Но в следующем году такого роста ВВП уже точно не будет. Мы [в Halyk Finance] пока еще не поменяли наш прогноз в 4,5% роста, но нас удивил Национальный банк, который прогнозирует 3,5-4,5%, что даёт среднее значение в 4%. Обычно мы даём самые консервативные оценки, но сейчас эту позицию занял Нацбанк. Это смело, учитывая, что они имеют больший доступ к информации и видят общую картину лучше, к тому же аналитический аппарат у них очень мощный.

Почему будет так? Во-первых, Тенгиз уже достиг максимальной добычи — как еженедельной, так и ежемесячной. Может быть, совсем небольшой рост добычи будет в январе, потому что в 2025 году добыча на месторождении началась только в феврале и после сопровождалась краткосрочными остановками. Но это всё.

Более того, нефть сейчас торгуется на уровне $60 за баррель — очень низком для Казахстана. Даже ниже себестоимости, которая в среднем составляет где-то $65-67, если считать и зрелые месторождения.

Вероятно, вклад нефтянки в [рост] ВВП в 2026 году будет максимум 1-2%. Кроме того, из-за выбытия целевых трансфертов объём изъятий из Нацфонда уменьшится на 2,7 трлн тенге. А трансферты имеют большое влияние. Одно дело, когда я собираю налоги и отправляю их в экономику, и совсем другое, когда я залезаю в свою заначку, беру оттуда деньги и вкладываю в те же проекты. Снижение изъятий из Нацфонда сократит как рост экономики, так и вклад в инфляцию.

Также на деловую активность будет негативно воздействовать налоговая реформа. Налоговая нагрузка будет увеличиваться, что скажется на снижение потребления населения и деловой активности. Высокая инфляция также продолжит оказывать негативное воздействие на экономику. Повышение НДС и расширение области его действия дадут скачок инфляции, а затем нас ждёт продолжение повышения тарифов. Этой осенью их заморозили до конца первого квартала 2026 года, но ситуация в электроэнергетике, газовом секторе, водо- и электроснабжении катастрофическая. Там нужно поднимать тарифы и их продолжат повышать, начиная со второго квартала, что тоже скажется на деловой активности и потреблении.

Ну и конечно есть фактор базовой ставки, размер которой сейчас запредельный — 18%. Люди будут меньше тратить и больше сберегать — класть на депозиты, инвестировать в ценные бумаги и т.д. В дополнение к этому происходит снижение частных инвестиций в основной капитал. Темпы их привлечения сократились: 13% рост сейчас обеспечивается в основном государственными вложениями. Частные инвестиции в экономику у нас сейчас растут очень медленно, однако они очень важны, потому что когда их нет , не происходит качественного роста экономики и роста производительности труда. Сейчас производительность экономики Казахстана вроде растет, но чтобы нам догнать развитые страны нужен в два-три раза больший рост производительности. При этом есть прямая взаимосвязь – чем выше производительность и эффективность экономики страны, тем выше доходы и благосостояние населения.

А инфраструктурные проекты продолжат значительно поддерживать рост ВВП в следующем году?

Правительство для этого придумало «новые» меры проактивного роста экономики, хотя что-то подобное у нас было всегда. Теперь государство будет вкладывать по триллиону тенге в капитал Байтерека, в результате чего у него появится возможность занимать больше денег внутри и за пределами Казахстана. После этого он будет ежегодно привлекать порядка 7 трлн тенге и на 8 трлн тенге кредитовать бизнес-проекты, ипотеку и другие госпрограммы по льготным нерыночным ставкам. Сейчас принято решение, что трансферты из Нацфонда значительно сократятся. Поэтому был придуман новый квазифискальный стимул, чтобы простимулировать рост экономики — вот этот проект.

В новой программе правительства по «проактивному росту экономики» меня беспокоят внешние заимствования государства и национальных компаний. То есть, до этого расходы бюджета правительства превышали налоговые доходы и, чтобы профинансировать дефицит бюджета, правительство брало деньги из нефтяной «заначки». Теперь, когда использование «заначки» ограничили, правительство будет занимать больше денег за рубежом. Если оно привлекает деньги внутри экономики, например, у ЕНПФ и коммерческих банков, а потом обратно вкладывает их в экономику, это не меняет объем денег в экономике. А когда «Байтерек» начнет занимать за границей, это дополнительные вливания, которые будут стимулировать рост экономики и рост инфляции в стране.

фото primeminister.kz

Я очень скептически отношусь к государственному льготному кредитованию экономики. Начиная с 2010 года мы этим же самым занимались по всевозможным программам государственного форсированного индустриально-инновационного развития (ГПФИИР). Это дало практически нулевой эффект. Мы как не видели диверсификации экономики, так, вероятно, и не увидим. Зато увидели развитие каких-то непонятных компаний и «разбазаривание» государственных денег. Недавно Высшая аудиторская плата очень хорошо говорила об этом в парламенте.

Такое льготное государственное кредитование напрямую противоречит денежно-кредитной политике инфляционного таргетирования Нацбанка. То есть если Нацбанк поднимает ставку до 18% чтобы ограничить инфляцию через сдерживание кредитования, то правительство тут же говорит: я вложу в экономику 8 трлн тенге льготных средств. Это — абсурд, поскольку там велик риск снова получить непонятные и неэффективные проекты. Деньги уйдут, растворятся, а инфляция вырастет и базовая ставка останется на высоком уровне. То есть накопленные дисбалансы в экономике станут еще больше.

Вы уже коснулись темы благосостояния и я хотел бы попросить вас её немного расширить. В ноябре правительство пыталось представить программу его повышения, в центре которой стоял бы не рост ВВП, а реальные доходы. Но деталей в ней не было, а в риторике как будто не было ничего нового. Насколько эта программа может переломить тенденцию падения доходов 2025 года?

Вы говорите про план совместных действий Нацбанка, правительства и АРРФР? Этот важный документ был утверждён 19 ноября, но почему-то его опубликовали только 25 декабря. Программа мне очень не понравилась. Чтобы правительству что-то изменить, ему нужно проводить структурные реформы, менять налогово-бюджетную политику и многое другое. На благосостояние населения сейчас отрицательно влияют высокая инфляция, отсутствие частных инвестиций и недостаточный рост производительности труда. Однако в новой программе я не увидел решения этих проблем.

У нас куча бюджетников получает зарплату через госкомпании, через госбюджет и так далее. Но даже пенсии в следующие три года заранее запланированы на уровне ниже инфляции. А в госбюджете расходы не нарастишь, потому что в нем проблемы с доходами, особенно с ненефтяными доходами.

У нас проблемы даже с увеличением пенсий, социальных выплат и зарплат бюджетникам. А как правительство при этом хочет увеличить общее благосостояние — абсолютно непонятно.

У нас уже утверждён республиканский бюджет на следующий год и там нет желаемого роста доходов населения. По бюджету на следующий год рост доходов населения, которые выплачиваются им из бюджета, запланирован на уровне или даже ниже инфляции. У нас слишком много бюджетников получает зарплату через госбюджет. Но даже пенсии в следующие три года заранее запланированы на уровне ниже инфляции. А в госбюджете расходы на выплаты населению не нарастишь, потому что в нем проблемы с доходами, особенно с ненефтяными доходами. То есть, при высокой инфляции у нас имеются проблемы с увеличением пенсий, социальных выплат и зарплат бюджетникам. А как они при этом хотят увеличить общее благосостояние по новой программе совместных действий — абсолютно непонятно.

Доля зарплат занимает 75% от всех доходов населения. Однако зарплаты в частном секторе растут, когда там есть рост деловой активности, рост инвестиций, рост производительности труда. Но мы этого не видим. Чтобы доходы населения начали расти, нужно снизить инфляцию хотя бы до 5%, а это в следующем году только из-за налогов и тарифов будет невозможно сделать. К тому же, частные инвестиции не будут расти в следующем году, потому что ничего не изменилось в части привлечения частных инвестиций, все в экономике осталось прежним. Особенно беспокоит рост производительности экономики. С чего бы она выросла, если не видно структурных реформ по переходу на полноценную рыночную экономику? В общем, я не вижу, как возможно будет увеличить благосостояние, если только что-то не нарисуют в статистике.

Про НДС еще хотелось бы спросить. Помимо того, что его реформа спровоцирует инфляцию, насколько она может ударить по занятости и по общему количеству предприятий в экономике?

Не ожидаю, что ударит. У нас до 2006 года НДС был 16%, а КПН — 30%, социальный налог был выше — все налоги были выше, чем сейчас. Мы в то время бурно развивались. Нефтяной сектор, опять же, выступал большим драйвером. Но и в целом тогда экономика по 10% в год росла, банки нормально кредитовали. То есть в то время более высокие налоги не были тормозом для деловой активности и роста экономики. А с 2026 года налоговые ставки не будут выше ставок, действовавших до 2006 года.

В целом, да, деловая активность упадёт, потому что потребительский спрос упадёт. Если, например, правительство не будет вливать 8 трлн тенге в экономику с закрытыми глазами, то из-за этого кто-то уйдет с рынка, снизит чуть-чуть занятость, потребление упадет. В принципе, это нормальная реакция. Но говорить, что из-за этого наступит катастрофа, я полностью с этим не согласен.

У нас сейчас есть очень большая проблема в экономике. Если сравнивать с западными странами, сколько ненефтяных налогов собирает страна по отношению к ВВП, это очень низкий процент. У нас правительство недополучает нормально налоги, соответственно, не может нормально тратить на те же пенсии, социальные нужды, инфраструктуру. Я с самого начала полностью поддерживал идею, что надо поднимать налоги до уровня, на котором они находились до 2006 года.

фото пресс-службы Акорды

Ничего страшного не произойдет, наша нагрузка только приблизится к западным странам. Нам гораздо важнее убирать бюджетные дисбалансы, потому что из-за Нацфонда мы привыкли тратить гораздо больше, чем собираем налогов. Сейчас цена на нефть упала до $60, и если бы Тенгиз не увеличил добычу нефти, катастрофа с дефицитом бюджета была бы уже в этом году. Потому что $60 за баррель – это нижний уровень, после которого начинается кризис в нашей экономике. Но нам повезло в этом году. Мы добычу нарастили на 14%.

Наша проблема не в высоких налогах, а в том, что у нас слишком много государства в экономике. Вот эти 8 трлн тенге опять будут означать, что банки не смогут кредитовать экономику. Потому что базовая ставка очень высокая, инфляция высокая, нет нормальных проектов для кредитования, а государство само пытается кредитовать вместо банков. Все электростанции, к примеру, мы сейчас сами будем строить, за счет государственных средств и гарантий, а не за счёт частников. Но нам нужно строить полноценную рыночную экономику, сейчас мы двигаемся в обратную сторону. В такой ситуации дисбалансы будут только нарастать. Я думаю, что нам станет тяжело уже в 2027 году, если цена на нефть продолжит, как планирует правительство, держаться на уровне $60 за баррель.

А после поднятия НДС и расширения области его действия государству существенным образом удастся сократить дефицит бюджета?

Частично удастся, доходы в определенной степени вырастут. Но правительство с одной стороны говорит, что поднятие налогов, отказ от льгот и другие меры позволят сократить громадные трансферты из Нацфонда, а с другой тут же раздает различные льготы по НДС. Государству нужно 4-5 триллионов дополнительных доходов, чтобы закрыть ненефтяной дефицит и нормально себя чувствовать, но этого не произойдет.

Самая высокая налоговая нагрузка у нас — на официально работающих людей. Там и ИПН, и социальные налоги, и ЕНПФ, и медицинское страхование. Тот, кто работает официально, у них нагрузка выше, чем на Западе.

А самая низкая налоговая нагрузка в Казахстане — у крупных компаний, которым дали различные налоговые льготы — и по КПН, и по НДС, а ещё дают инвестиционные субсидии и дешёвые кредиты.

В то время как они фактически ничего не платят в бюджет. Это всё идёт в карманы их собственников и из-за этого госбюджет недополучает минимум 4 триллиона налогов в год. Речь идёт о компаниях в таких секторах, как металлургия, нефтепереработка, химическая промышленность. А сельское хозяйство — вообще чистый иждивенец. Агропредприятия дают в бюджет гораздо меньше, чем получают от государства в виде субсидий.

У нас реально большая проблема с ИП, которые работают по специальным налоговым режимам. ИПшник там зарабатывает какую-то прибыль, но налогов платит в 10 раз меньше, чем официально работающий человек. Хотя он прикреплён к государственной поликлинике, получает те же льготы. Почему? То есть я, как работающий человек, фактически субсидирую этого ИП, который получает те же социальные услуги и льготы из бюджета, что и я. Это ненормальная ситуация. И правильно говорит министерство национальной экономики, что эти ИП и специальные налоговые режимы используются для дробления бизнеса, для всевозможных налоговых оптимизаций. Налоги надо платить всем одинаково.

Почему я, работающий человек, должен иметь самую большую нагрузку в стране, а крупные компании и те, кто работает по налоговому спецрежиму — практически нулевую? Я считаю правильным сократить льготы для ИП, чтобы они приблизились к официально работающим людям. Но самое главное, нужно бороться с льготами для крупных компаний.

Если вы посмотрите на отчёты по бюджету Высшей аудиторской палаты Казахстана, то в них её представители говорят, что льготы для крупных компаний неэффективны. МВФ, Всемирный банк и Азиатский банк развития тоже говорят, что эти льготы неэффективны. Все эти льготы, тарифные заграждения, дешёвые кредиты, утильсборы — все это идёт в карман собственникам крупных предприятий, а мы всей страной им платим. Это неправильно.

Власть — это независимое медиа в Казахстане.
Поддержите журналистику, которой доверяют. Мы верим, что справедливое общество невозможно построить без независимой журналистики и достоверной информации. Наша редакция работает над тем чтобы правда была доступна для наших читателей на фоне большой волны фейков, манипуляций и пропаганды. Поддержите Власть. Поддержать Власть

Источник: vlast.kz